Мир природы Карта сайта Правила работы с сайтом Наши авторы
Введение Новости Заповедники

Статьи

История

Развитие золотопромышленности в Кузбассе

В XIX веке на Сибирь смотрели как на «золотой сундук», «золотое дно», где золото гребут лопатами. Стремясь к наживе, хозяева приисков старались поскорее «выхватить» богатое золото и поэтому снимали его только сверху, а остальное погребали в отвалах. Хищническая добыча служила господствующим классам, и, прежде всего российским императорам, важнейшим источником обогащения. Благодаря росту золотопромышленности в Сибири, Россия в середине прошлого века по добыче золота занимала первое место в мире. В Кузбассе россыпное золото было открыто в 20-x годах 19 века. Его обнаружили вольные старатели в Мариинской тайге.

Вскоре поисковая партия купца. Попова открыла золотые россыпи по рекам Кии, Берикулю, Кундату. Добыча золота в Кузнецком Алатау началась с 1830 года.

На западном склоне хребта были расположены преимущественно казенные золотые прииски, на восточной - частные. Количество золота, добытого на восточном склоне за 29 лет (1830-1859 гг.), достигло 1660 пудов, а на западном - не более 800. В 30-х годах стали открываться кабинетские золотые прииски на Салаире и в Горной Шории. Возник крупнейший прииск кабинета Царево - Николаевский. С этого времени началась «золотая лихорадка», все бросились искать драгоценный металл. Золото добывалось десятками пудов. Воротами на золотые прииски Мариинской тайги стало старинное село Кийское, преобразованное в 1856 году в окружной город Мариинск. Его развитию способствовала не только золотопромышленность, но и проходящий через него Московско-Сибирский тракт. Мариинск становится торговым центром, местом найма рабочих на золотые прииски и царским кабаком, где спаивались старатели при выходе с приисков.

Основным поставщиком рабочих на золотые прииски стала ссылка. Царизм ссылал в Сибирь всех, кто бунтовал и выступал против крепостнических порядков. Тысячи бездомных и голодных ссыльнопоселенцев явились настоящей находкой для золотопромышленников как дешевая рабочая сила. Вторым источником рабочей силы для капиталистической золотой промышленности были крестьяне. Прекрасный знаток дореволюционной сибирской деревни Н.И. Наумов, работавший в Мариинске, писал, что с ноября по апрель по деревням Томской губернии разъезжают приказчики от золотопромышленников, нанимая рабочих на прииски. По заключении договора они выдают задаток, который иногда всецело идет на уплату податей и недоимок. За неимением других заработков крестьянин вынужден бросать свое хозяйство и идти на прииски, «оставляя свою семью кормиться милостыней или ничтожною поденной работой». Условия труда на золотых приисках были исключительно тяжелые.

Золото добывали летом и зимой. Люди работали в холоде и сырости, зачастую по колено в воде. Господствовал ручной труд. Лишь в конце XIX века, после ввода в строй Транссибирской железной дороги и принятия царским правительством в 1898 году закона, разрешающего беспошлинный ввоз в течение 10 лет иностранных машин, на приисках стала появляться техника. Мускульная сила постепенно заменялась механической. На приисках начали использовать паровые двигатели, применять гидравлический способ добычи золота. Но оживление в золотой промышленности выразилось не только в применении техники, а и в привлечении новых капиталов, в увеличении числа заявок на прииски и в расширении районов исследования золотоносных площадей.

На золотых приисках Мариинской тайги существовали нечеловеческие условия труда рабочих. Нищенская заработная плата, непомерные штрафы, 15-часовой рабочий день, страшный произвол начальства - все это превращало золотопромышленного рабочего во «вьючную скотину, которой дано только время покормиться, но, в отличие от скотины неразумной, не дают достаточно времени на отдых». На кабинетских приисках зимой не хватало хлеба, мяса и молока. Рабочих кормили жидкой похлебкой с соленым мясом и кислой капустой. Свежеиспеченный хлеб выдавался только по праздникам, в остальные дни - ржаные сухари. Такое питание приводило к массовым заболеваниям цингой. На частнокапиталистических золотых приисках Мариинской тайги условия труда и быта рабочих были, несколько лучше. Здесь использовался вольнонаемный труд и шире применялись различные машины. Значительно вы¬ше был заработок. Выше, чем на кабинетских приисках, была и производительность труда.

Борьба мастеровых и приписных крестьян против феодальной эксплуатации. Чем тяжелее становится крепостной гнет, тем упорнее было сопротивление со стороны мастеровых и приписных крестьян. Наиболее распространенной формой классовой борьбы были побеги. Они не прекращались до последних дней существования крепостного строя. Чаще всего побеги совершали низкооплачиваемые рабочие кабинетских рудников и заводов. Пойманных беглецов-мастеровых военные суды приговаривали к наказанию плетьми, розгами, сажали в арестные дома. Отсюда, закованных в кандалы, с бритой, наполовину головой, их, как каторжников, под конвоем выводили на работу. Некоторые из беглецов, обессилев от голода, гибли в тайге, другие годами укрывались в сибирской глуши. Часть уходила за границу.

Другой формой протеста против крепостнических порядков было самосожжение крестьян-старообрядцев. Так, в 1756 году в деревне Мальцевой Ояшинской волости (северо-запад Кемеровской области) погибло 172 человека. Многие крестьяне отказывались выполнять заводские повинности. Так поступили в 1781 году крестьяне Кузнецка. Из 142 человек, направленных на Томский завод, туда явилось лишь трое. Против заводских повинностей выступали приписные крестьяне Бачатской, Ояшинской, Варюхинской и других волостей.

Это движение носило антикрепостнический характер, но слабая организованность и низкая сознательность мастеровых и крестьян, которые не видели иных способов борьбы с крепостным гнетом, кроме побегов, не приводили к освобождению. Царизм удерживал феодально-крепостнические порядке при помощи военной силы и частичных уступок и, тем не менее, крестьянские выступления расшатывали феодальные устои. Классовую борьбу подневольных крестьян и мастеровых против феодальной эксплуатации поддерживали вольнонаемные рабочие золотых приисков. На приисках царили обман и произвол со стороны управляющих. Все это приводило к столкновению рабочих с хозяевами. Наибольший размах волнения приняли на приисках братьев Казанцевых и купца Попова в Мариинской тайге. Рабочие требовали увеличения оплаты их труда и улучшения условий быта.

«Гигиенические условия, в которых находится приисковый рабочий, неминуемо приводят его к болезни. Пища, которую он получает во время пребывания на прииске от хозяина, заключается из одной солонины, вопреки тексту контракта, доброкачественности весьма подозрительной. Достаточно ли может вознаграждать потери в организме вызываемые 17-часовою работой, жиденький навар от солонины, с кислой капустой и крупами, с ржаными сухарями и только по праздникам со свежеиспеченным хлебом? Прямым последствием подобного питания являются цинга, скорбут и тиф, особенно же последний, часто свирепствующий на приисках. К развитию тифа и ревматизмов много способствуют и условия работы среди постоянной сырости и холода. Сырость преследует рабочего и в тесных бараках, сколоченных из досок, где каждый из них спит на соломе, постеленной на землю ...

Заболевшие рабочие лежат в тех же бараках, как и здоровые, то есть в холоде и сырости, при этой же зараженной атмосфере от преющей грязной одежды, от дыма махорки и при той же пище из солонины. На каждом прииске найдется много могил, где обрели последний приют бесследно прожитые жизни. Вероятно, не легка совокупность этих условий, к тому же соединенных со строгой дисциплиной (за каждый проступок назначается телесное наказание), что, несмотря на всю выносливость русского простолюдина, они вызывают в рабочих побеги и сопряженное с ними голодное скитальчество по лесам и острог после поимки ... Всмотревшись в оборванные толпы «таежников», выходящих в начале сентября с работ, в их изнуренные, исхудалые лица, наблюдатель по внешнему виду их прочтет горькую повесть страданий, выносимых этим людом. Он прочтет и всю меру злобы, развиваемой в них жизнью и людьми, и понятен, станет ему тип этого оборванного, наголодавшегося человека и тот дикий разгул, с каким он пропивает кровью добытые деньги, забывая о семье, о доме и хозяйстве. Что ему семья, дом и хозяйство, когда все его существо надломлено, когда для него нет просвета в будущем?» (Наумов Н. И. Рассказы о старой Сибири. Томск, 1960, с. 58-59).

«Золотопромышленность подавила все мелкие ремесла и отвлекла занимавшихся ими прежде поселенцев, на прииски; она же отвлекла руки от земледелия и стеснила его. А между тем, вслед за развитием золотопромышленности, везде раскинули свои сети винокуренные заводы, и увеличивалось пьянство ... ... население обольщалось задатками, а рабочие спаивались при входе и выходе с приисков».

Золото в Сибири все еще в достатке.

Наши контакты:


Энциклопедия для детей. Мир природы.
Спасибо, что вы с нами!

Skype: geoserenity
Контактный телефон: +7 (8903) 712-11-74
Email: scirent@mail.ru